Перейти к содержимому


Фотография

Слухи и вести из Маркграфства Бранденбург


  • Закрытая тема Тема закрыта
В теме одно сообщение

#1 Иосиф

Иосиф

    Старая гвардия НС

  • Администраторы
  • 852 сообщений

Отправлено 24 июля 2021 - 13:07

1338 ГОД ОТ Р.Х.

 

Простой люд говорит, что в земли Бранденбурга прибыл его правитель собственной персоной, Людвиг Виттельсбах, из Баварии. С собой он привел 100 отборных баварских рыцарей и престарелого генерала Шуленбурга.

 

Ранней весной дружина Людвига достигла города Берлин, но местная знать и рыцарство, узнав об их приближении, закрыла ворота и сообщила, что не признает Виттельсбаха своим законным маркграфом. Попытки договорится с горожанами, не привели ни к чему хорошему, кроме множества неприятных оскорблений. Шуленбург приступил к осаде города и специально для этого нанял два отряда вольных-разбойников наемников.

 

Люди толкуют, что как только страшные вести дошли до столицы Маркграфства, то тамошняя местная знать и рыцарство сразу подняло свою дружину, да еще и призвало недовольных Виттельсбахом помещиков для оказания сопротивления. Несколько настоятелей монастырей благословили знать и рыцарей в поход. Под конец апреля под стенами Берлина состоялась битва кровавая. Дружина Людвига, коей командовал Шуленбург, была полностью не готова к битве и была практически поймана врасплох. Во многом это связано с разбойниками-наемниками, которые особо не подчинялись Шуленбургу, слушали своих главарей и не были внимательными, каждую ночь потребляя вкусное пиво.

 

 

Несмотря на ужасное начало боя и большие потери престарелый Шуленбург кое-как, не без большой помощи баварских рыцарей, сумел уровнять силы с противником и начать их постепенно оттеснять от осадного лагеря.

 

Однако в это же время защитники Берлина открыли свои ворота и осажденные рыцари с дворянами пришли на помощь к своим союзникам, ударив по флангу дружины Людвига. Явно не ожидая такого шага Шуленбург временно потерял управление над дружинной, а разбойники-наемники, дрогнув, пустились бежать с поля боя, оставив Людвига, генерала и баварских рыцарей одних с превосходящими их силами врага.

 

Понимая, что скорее всего битва будет проиграна Шуленбург начал трубить отход, приказав части верных ему рыцарей сдерживать натиск бранденбургцев. Для оставшихся это означало верную смертью. Потрепанная и деморализованная дружина Людвига быстрыми темпами отошла в ближайший лес, где и затерялась. На удивление Шуленбургу удалось вывести живыми с поля брани 46 баварских рыцарей, хоть и многие из них были ранены. К сожалению сам Шуленбург получил крайне серьезные ранения во время сражения и через время после отступления занемог, впав в болезненный сон. Командование перешло молодому Людвигу, которого не сильно потрепало в битве.

 

 

Несмотря на свою неопытность в военном деле, юный Виттельсбах рассудил довольно мудро, что стоит отступить в холмистую местность, где они нашли большое возвышение и разместили там свой лагерь, окружив его частоколом.

 

 

Было ясно, что вскоре бранденбургцы вместе с берлинцами последуют за своим противником и навяжут ему финальный бой. Хорошим решением было бы отступить назад в Баварию, что бы зализать раны и восстановить силы, но молодой Людвиг не решился на этот шаг, даже не рассмотрев его всерьез.

В середине мая войско земель Бранденбурга уже стояло у подножия холма Людвига. Началась ожесточенная битва, где победитель был явно очевиден. Баварские рыцари были все еще деморализованы и полностью не подготовлены к бою, из-за провального управленческого навыка молодого маркграфа. Лишь местность играла на руку защитникам холма.

 

Но и этот фактор не помог рыцарям Людвига. Молодой командующий приказал своим воинам выйти за частокол и вступить в битву с противником в лобовую, что было самоубийством. Через небольшой промежуток времени уже сами оставшиеся баварские рыцари дрогнули, побежав куда глаза глядят. Но далеко они не ушли, многих перебили, а единицы попали в плен.

 

Сам Людвиг Виттельсбах, неумело орудовавший мечем, в середине боя получил несколько ударов палицей по шлему и упал без ясного ума на землю. Он стал таким же пленником, среди единиц своих бывших рыцарей.

 

Их всех перевезли в Берлин, где оставшихся баварских воинов запытали до смерти на главной площади города, а Людвиг в позорной железной маске должен был наблюдать, как в страшных муках умирают вверенные ему последние рыцари на потеху публики. Ходят слухи, что с того момента его волосы поседели. Маркграф продолжал являться городским шутом и мешком для издевательств, до самого конца октября, пока послы Людвига IV не выкупили непутевого сына из рабства горожан, и не вернули назад в Баварию. Судьба генерала Шуленбурга осталась неизвестной, скорее всего он погиб во время пожара в лагере на холме.



#2 Иосиф

Иосиф

    Старая гвардия НС

  • Администраторы
  • 852 сообщений

Отправлено 12 января 2022 - 15:19

1339 ГОД ОТ Р.Х.

 

Пока простой люд Бранденбурга продолжал смеяться и сочинять злорадные поэмы об их женственном лжеправителе, народ Баварии шептался меж собой, что посидевший и значительно постаревший на вид Людвиг отбыл в Авиньон к папе Бенедикту XII на какие-то переговоры. Тем не менее, спустя месяц маркграф вернулся назад в Баварию крайне разочарованным, а следом пришла булла понтифика с отлучением от церкви города Бранденбург за убийство баварских инквизиторов в прошлом году. И только.

 

Во время отсутствия маркграфа в Баварии, местный люд судачил, что его немногочисленные сторонники набирают люд в странную новую организацию. Главную Тайную Канцелярию. В любом случае, если судить по тем же слухам, желающих вступить в это сообщество маркграфа, было крайне мало. Баварские дворянские рода, среди которых шел набор, не верили в удачность новой компании Людвига в Бранденбурге и от того ГТК была сформирована в очень малом составе.

 

Новый поход опозоренного маркграфа на свои владения начался в первых числах апреля. Из Мюнхена к Берлину выступила небольшая армия численностью в 500 обычных пехотинцев и 200 отборных баварских рыцарей вверенная Людвигу самим Императором Священной Римской Империи – Людвигом IV Баварским и по совместительству отцом маркграфа. На этот раз войско вел один из лучших генералов Императора – Вензель фон Бренсторф.

 

Однако Бранденбургская знать и рыцарство ожидали возвращения опозоренного баварского выскочки, а посему вести о приближающихся войсках нового вторжения дошли до Берлина и столицы земель быстрее, чем в прошлый раз. В короткие сроки вновь была собрана дружина дворян, рыцарства, помещиков и всех неравнодушных горожан Бранденбурга и Берлина. Говорили, что бургомистры городов союзников даже собрали деньги для найма вольных-разбойников. В таком составе единые силы свободного Бранденбурга выдвинулись в сторону баварцев.

 

Две силы готовые к битве встретились утром 29-го апреля в местечке под названием Босдорф. Первоначально фон Бренсторф послал к бранденбургцам парламентеров с предложением сложить оружие сейчас и тогда, скорее всего, маркграф смилостивиться над ними и амнистирует, наказав только богохульников. Но ответ вольный людей был прост. Головы переговорщиков в лагерь Людвига принесли их собственные кони.

 

Босдорфская битва началась ровно в полдень. Несмотря на свои обширные военные умения, полководец Вензель не сумел нормально подготовить свои силы к битве с противником. По рядам баварцев распространился страх, что скорее всего они проиграют сражение, как и в прошлый раз, да и зачем им вообще нужны эти земли? Баварские рыцари же пребывали в подавленном состоянии, понимая что противника больше чем их, а поражение сулило страшную смерть от пыток выжившим, если верить слухам. Из-за общей деморализации войска они выполняли приказы командующих крайне неохотно и спустя рукава, не надеясь одолеть бранденбургцев.

 

Первыми нанесли удар более единые ряды бранденбургцев, которые сначала послали свою тяжелую конницу рыцарей на первые строи пехоты противника, которая просто смела роптавших солдат. Когда же конница развернулась и начала отходить, из-за их спин, на еще не отошедших от атаки, баварцев сразу накинулись разъяренные вольные-разбойники и пешие отряды помещиков. Строи Вензеля начали прогибаться, а последние ряды пехотинцев делать осторожные шаги назад.

 

Однако сам генерал после такого шага не растерялся и быстро придя в себя, принялся умело руководить своими людьми. Дабы облегчить положение первых строев, он аккуратно отвел часть баварских рыцарей в сторону, а после приказал им влетать в левый флаг противника. Бранденбургцы явно не ожидали такого исхода событий и уже сами стали прогибаться под напором мечников закованных в броню. Кажется, в этот момент паритет сил был равен.

 

Но противник тоже не был слеп и видя, что его силы начинают постепенно отходить, послал вновь тяжелую конницу прямо на баварских рыцарей, дабы обратить их в бегство. Фон Бренсторф не сумел вовремя отреагировать на этот ход, занятый боем, оттого вражеская конница без проблем ударилась об баварцев и начала вгрызаться им в строй. За ними же хлынули основные силы знати противника.

 

Но Вензель не был бы одним из лучших генералов Императора, если бы не сумел обратить неудобный ход противника в свою пользу. Немецкий командующий быстро собрался и отправил остатки баварских рыцарей с последними рядами пехотинцев прямо в тыл знати врага, тем самым закупорив их. Наблюдая это, окруженные силы противника впали в отчаяние. Вольные-разбойники же вовсе поняли, что запахло жаренным и, бросив свое оружие, кинулись сломя голову сквозь битву к лесу. Но немногим удалось уйти живыми. Конница бранденбургцев, оказавшись в глухом окружении, не смогли нормально маневрировать и сражаться, чем воспользовались некоторые баварские копейщики, быстро разбираясь с надоедливыми всадниками. В тот же момент сам генерал Вензель вступил в бой, неимоверно поднимая дух своих воинов. Вскоре выяснилось, что в окружение попало несколько занятых командиров из Бранденбурга и они пали от мечей баварцев, что практически морально уничтожило основные силы в окружении.

 

Но остатки единого войска берлинцев и бранденбургцев не желало просто так сдаваться. Командиры-бургомистры двух городов решили придти на помощь попавшей в окружение знати с помещиками. Они кинулись со своего холма с немногочисленными остатками вспомогательных сил прямо на баварских пехотинцев, но это было ошибкой. Такие силы не могли бы прорвать окружение, и надо было отступать. В конечном итоге небольшие отряды бургомистров окружили и вскоре они сами были перебиты.

 

Под вечер масштабная Босдорфская битва закончилась. Немногочисленные пленные находились в деревянных клетках. Еще меньше бранденбургцев сумело сбежать от мечей баварцев в леса. И хоть победившая сторона вовсю праздновала и откупорила хорошие бочонки с пивом, но потери войска Людвига тоже были страшными. Пока некоторые развлекались, другие хоронили друзей и боевых товарищей. Выжило 286 пехотинцев. Баварских рыцарей же осталось 143. К счастью генерал Вензель вышел из боя не сильно раненным, получив лишь пару малых ранений. Людвиг же в битву не вступал по наставлению полководца.

Передохнув пару дней, остатки войска маркграфа наконец-то достигли стен Берлина, который уже трепетал в страхе перед захватчиками, после возвращения нескольких беглых горожан-солдат. Генерал Вензель провел демонстративную казнь всех пленных берлинских солдат прямо перед главными воротами города, а для окончательного доказательства своих намерений, он выкинули в ров отрубленную голову бургомистра Берлина, объявив, что так будет с каждым горожанином, если они не откроют ворота добровольно.

 

Понимая, что скорее всего никто в этот раз к ним на помощь не придет, а в случае штурма гарнизон Берлина окажется в меньшинстве, командующий приказал открыть ворота, надеясь на милость врага. Однако Вензель не собирался щадить восставшее селение и как только его армия прошла через ворота, он отдал приказ о начале уничтожения этой клоаки. Некоторые поговаривали, что сам маркграф Людвиг был недоволен такому исходу, желая оставить город. Но солдаты императора не слушали седого выскочку, а крики на Вензеля и просьбы прекратить кровопролитие не дали результатов. Генерал молвил: «Император Людвиг IV дал мне простое задание – стереть Берлин с карты навсегда, а всех жителей уничтожить. Полагаю, вам был вверен аналогичный приказ. Однако ваш отец осознавал, что вы мягкотелый червь и посему отправил именно меня с вами. Уже незачем беспокоиться. Больше мы никогда не услышим об этом селении и слова. Воля Императора будет исполнена»

 

Весь Берлин был предан священному очистительному пламени. Горожане не могли сбежать, так как практически все ворота были закрыты, а проход, через который прошли войска фон Бренсторфа, усиленно охранялся баварскими рыцарями, которые резали любого берлинца, которого могли увидеть. Окончательным же гвоздем, забитым в разрушающийся Берлин, стали требушеты, которые собрали пехотинцы полководца и после массово закидывали города каменными глыбами и гниющими трупами. Спустя пару дней от некогда большого города осталось несколько тлеющих развалин и горы трупов, похороненные под завалами. Берлин перестал существовать, а баварское войско двинулось дальше на Бранденбург. Спустя несколько дней небольшой отряд разведчиков вернется на развалины мятежного поселения, где окончательно вырежет всех выживших и обильно засеет место колючим плющом.

 

Через пару суток войско Людвига наконец таки подошло к стенам мятежной столицы маркграфства, где за оборонительными сооружениями скрылись оставшиеся горожане, беглые крестьяне с ближайших ферм и половина магистрата города. Они, как и берлинцы, были в курсе ужасного разгрома под Босдорфом, а голова бургомистра Бранденбурга в руках генерала Вензеля сделала страшную ситуацию практически безальтернативной. Городу было предложено сдаться в течение дня и последующей ночи, либо к утру, солдаты фон Бренсторфа начали бы окончательную осаду, после которой обещали вырезать все население подчистую. Посовещавшись пару часов, остатки магистрата пришли к тяжкому выводу, что необходимо сдаться перед врагом, или все население ждет гибель от рук баварских безумцев. Ворота были открыты и в поселение на своем коне въехал маркграф Людвиг. Только его не встречало восторженное население. В след ему смотрели перепуганные люди и семьи, потерявшие своих сынов с отцами в недавней битве.

 

Как только маркграф и генерал Вензель обосновались в богатом доме бургомистра, первоначально выкинув всю его семью на улицу, по городу прокатилась волна расправы над оставшимися дворянами. Обычные баварские пехотинцы просто врывались в дома знатных особ, силой выволакивали их из зданий, а после забирали все что им могло понравиться. Сопротивляющиеся же такому действу аристократы сразу получали топором или мечом в лицо, а те, кто старался сидеть тише, как правило, женщины с детьми и некоторые старики, доставлялись в местный магистрат. Сие здание было занято под нужды баварской инквизиции, которую Людвиг взял с собой в поход. Там происходили быстрые и жестокие допросы с судами над остатками дворянских семей. Практически все от больных стариков до годовалых младенцев были обвинены в ереси и сговоре, либо пособничестве, с сатаной. Наказание — священный огонь инквизиции. Все площади Бранденбурга долгую неделю были заставлены горящими кострами, где постоянно кого-то сжигали. Всю неделю город прибывал в ужасе от происходящего. Никто не забудет, как кричит малое дитя, кинутое в огонь. Никто не забудет, как рыдает и вопит мать, видя свое чадо в пламени и осознающая, что она следующая. Никто не забудет черных костей в пепле, на площади, где некогда продавали фрукты и мясо. Никто не забудет страшные проклятия стариков охваченных пламенем в адрес маркграфа Людвига и его династии. Бранденбург больше ничего не забудет.

 

После целой недели кровожаднейших расправ и запаха горелой плоти, вернувший власть Виттельсбах, неожиданно объявил о начале рыцарского турнира и призвал всех вассалов своих земель прибыть в столицу, дабы они принесли ему клятву верности. Глашатаями было объявлено, что тот кто не явится на это празднество, будет объявлен врагом маркграфа и против него будет кинуто войско законного правителя сиих земель. Однако после такого объявления везде по землям Бранденбурга установилось гробовое молчание. Никто не ехал в столицу. Даже странствующие торговцы пропали, а ночная тревога солдат стала такой явной, что ее можно было даже резать ножом.

 

В то же время в город прибыла небольшая группа баварских чиновников из ГТК, созданной Людвигом в начале сего года. По приказу своего маркграфа они быстро начали хозяйничать в селении. Приходили в цеха, гильдии ремесленников и к простым мастерам, заявляя, что отныне они будут управляться ими напрямую до создания какой-то новой организации. Сказать, что простые горожане Бранденбурга были в ярости ничего не сказать. Почему-то теперь какие-то баварские выскочки управляли их финансами и делопроизводством. Естественно долго это продолжаться не могло.

 

Днем 19-го мая, когда маркграф трапезничал после хорошей охоты, он отхлебнул немного вина и через небольшой промежуток времени весь позеленел. Его глаза налились красным, он схватился за горло и попытался что-то прохрипеть, но тут же бездыханно упал в свою еду лицом. В этот же момент, слуги, которые и приносили блюда в обеденный зал, тут же достали из-под одежды, хорошо заточенные кухонные ножи и серпы. Они молниеносно напали на всех присутствующих, перебив немногочисленных баварских чиновников, инквизиторов и некоторых рыцарей, без доспехов, просто спокойно обедавших. Никто не ожидал такого подлого хода со стороны обслуги. Стража начала было действовать, но было слишком поздно. Удар был неожиданным, а маркграф и все его окружение было моментально убито. Но на этом все не закончилось. Внезапно с церковной башни в центре столицы повалил густой дым. Это был сигнал.

 

Простой люд Бранденбурга подготовил заговор и, узрев символ начала, быстро схватился за оружие. Кто-то брался за подготовленные кузнецами мечи, кто-то за вилы с кочергами, кто-то за самодельные дубины и палицы. Началось восстание. Баварские пехотинцы не ожидали такого и в панике не успели среагировать на внезапно появившегося противника. Инициатива и время было во власти горожан. Они без проблем заняли магистрат, дом бургомистра, казематы и главные ворота. Кое-где, на узких улочках были бои, но восставших было намного больше. У стражи не было и шанса. Самого фон Бренсторфа с несколькими верными рыцарями толпы черни окружили на главной площади возле ратуши. Остаток баварских храбрых воинов бился отчаянно со своим лидером, пытаясь вырезать себе проход из города, но они даже не подозревали в тот момент, что дороги ведущие к Бранденбургу были полностью заняты силами ополчения мятежных вассалов, уже мертвого Людвига. Фактически, негласно, город уже находился в кольце вражеских сил, готовых окончательно отрезать последние ниточки связи с внешним миром. В конечном итоге Вензеля и его последних друзей зарубили в паре шагов от ворот, в которые он когда-то въезжал как победитель. Власть Виттельсбахов над землями Бранденбурга окончательно пала. Вскоре в город вошло и ополчение вассалов, которое помогло горожанам перебить последних воинов павшего узурпатора. Обезображенные и полностью обнаженные трупы генерала Бренсторфа и Людвига еще несколько недель свисали на веревках со Скотопрогонных ворот. Вороны питались их разлагающейся плотью, в глазницах и ртах их ползали опарыши, а мимо проходящие прохожие не скупились бросить в гниющие мешки с мясом булыжник или испорченный овощ. После того, как вести об этом дошли до самой Баварии Император Священной Римской Империи, как поговаривают, был не сильно опечален такой ужасной участью сына, просто приказав вычеркнуть его из фамильного древа и стереть все упоминания о нем. Бранденбургские земли, где вскоре началась мелкая грызня вассалов за титул самопровозглашенного маркграфа, не сильно интересовала Людвига IV пока что. Его взор был направлен на северо-восток, где разворачивался трагический и острый этап борьбы Орденштадта Марианния и Королевства Польского.


  • Никтофилов Маркел это нравится




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных